Новости
05.06.2017

Детская программа "Путешествия апостола Павла"

С 5 по 8 июня при нашей церкви будет проходить познавательная библейская программа для детей. Добро пожаловать!
31.05.2017

Посещение девой Марией Елисаветы

Начало вечерни в 18:00.
25.05.2017

Вознесение Господне

Прошла вечерня.
24.05.2017

Литературное кафе

Прошла встреча, посвящённая повести Альберта Лиханова "Мальчик, которому не больно".
22.05.2017

Христианский киноклуб

В нашем приходе состоялось открытие Христианского киноклуба Петрозаводска!

Архив новостей

Мероприятия
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31

Часть III

О молитве

Молитва “Отче наш”

1. Итак, до сих пор разговор шел о том, что мы должны делать, и во что нам следует веровать. Эти вещи обеспечивают нам наилучшую и благословеннейшую жизнь. Далее следует третий раздел – о том, как нам надлежит молиться.
2. Ибо поскольку все обстоит так, что ни один человек не может в совершенстве исполнять Десять Заповедей, даже несмотря на то, что мы начали веровать, и поскольку дьявол вместе с миром и нашей собственной плотью изо всех сил противостоит нашим устремлениям, ничто не является столь насущным, как то, чтобы мы непрестанно обращались к Богу, взывали к Нему и молились Ему, дабы Он давал, сохранял и укреплял в нас веру и покорность Десяти Заповедям [наши возможности исполнять Десять Заповедей], и чтобы Он удалил все, что стоит на нашем пути и препятствует нам в этом.
3. И для того, чтобы мы могли знать, о чем и как молиться, наш Господь Христос Сам научил нас как способу, так и словам, что мы увидим далее.
4. Но прежде, чем приступать к подробному объяснению молитвы “Отче наш”, следует поговорить о насущной необходимости призывать и побуждать людей молиться, что делали также Христос и Апостолы.
5. И в первую очередь следует знать, что, согласно заповеди Божьей, молитва входит в наши обязанности. Ибо Вторая заповедь гласит: Не произноси имени Господа, Бога твоего напрасно – и при ее обсуждении мы слышали, что эти слова требуют, дабы мы прославляли Его святое имя и взывали к нему во всякой нужде, то есть молились. Ибо взывать к имени Божьему – это не что иное, как молиться.
6. Молитва, таким образом, предписывается нам столь же строго и настоятельно, как и все, что требуется в остальных заповедях – не иметь другого бога, не убивать, не красть и т.д. Пусть никто не думает, будто нет никакой разницы – молимся мы или нет, как полагают вульгарно мыслящие люди, впадающие в подобные заблуждения и спрашивающие: “Зачем мне молиться? Кто знает, внемлет ли Бог моим молитвам, услышит ли Он их? Если я не молюсь, то всегда найдется кто-нибудь, кто будет молиться”. И, таким образом, они обретают привычку никогда не молиться, придумывая себе отговорку, будто мы учим, что люди не обязаны молиться, и что нет такой нужды – на том основании, что мы отвергаем ложные и лицемерные молитвы.
7. Но действительно, невнятное бормотание и беспорядочное выкрикивание, практиковавшееся ранее в церквях, не является молитвой. Ибо такие внешние проявления [повторения], соблюдаемые надлежащим образом, могут служить хорошим упражнением для малых детей, учащихся и простых, необразованных людей, и их можно было бы назвать пением или чтением, но не молитвой.
8. Молитва же, как учит Вторая Заповедь, это взывание к Богу во всякой нужде. И этого Он требует от нас, а вовсе не оставляет на наше усмотрение. Молиться – это наша обязанность и наш долг, если мы хотим быть христианами, такая же обязанность, как повиноваться родителям и властям. Ибо когда мы взываем к Богу и молимся, имя Божье прославляется и используется надлежащим образом. Это вы должны иметь в виду и помнить превыше всего, чтобы отбросить всякие помышления, которые могут удержать вас от молитвы.
9. Например, если бы сын сказал отцу: “Какая польза от моего послушания? Я пойду и буду делать все, что хочу. Нет никакой разницы [между послушанием и непослушанием]” – то слова эти были бы тщетными, потому что есть заповедь о том, что он должен делать. Точно так же и это не оставлено на мое усмотрение – делать или не делать, но молитва должна возноситься, дабы не гневить Бога и не вызывать Его недовольства.
10. Итак, это следует понимать, и помнить об этом прежде всего, чтобы заглушить и изгнать всякие рассуждения, которые могут воспрепятствовать нашим молитвам или удержать нас от молитв – так, словно ничего особенного не произойдет, если мы не станем молиться, или же так, будто молиться заповедано тем людям, которые является “более святыми”, чем мы, и пользуются большей по сравнению с нами благосклонностью Божьей. Действительно, сердце человеческое по природе своей пребывает в столь унылом состоянии, что оно всегда избегает Бога и полагает, будто Он не желает слышать наших молитв, потому что мы грешники и не заслуживаем ничего, кроме гнева.
11. Для противостояния таким помыслам (говорю я вам) мы должны с уважением отнестись к данной заповеди и обратиться к Богу, чтобы своим непослушанием не разгневать Его еще более. Ибо этой заповедью Он ясно дает нам понять, что не изгонит нас от Себя и не отбросит прочь, хотя мы и являемся грешниками, но, скорее, Он привлечет нас к Себе – так, чтобы мы могли смириться перед Ним, оплакать свое жалкое и ничтожное положение и молиться о благодати и помощи. Поэтому мы читаем в Писаниях, что Он гневается также и на тех, кто был поражен за свои грехи, когда [если] они не обращаются к Нему, не пытаясь своими молитвами уменьшить Его гнев и снискать Его благодать.
12. Итак, из того факта, что нам столь твердо заповедано молиться, следует сделать вывод и полагать, что никто, ни в коем случае, не должен пренебрегать молитвами, но, скорее, надлежит придавать им огромное значение и постоянно искать подтверждения этому в других заповедях.
13. Ребенок ни в коем случае не станет пренебрежительно относиться к вопросу о повиновении отцу и матери, но будет постоянно думать: “Это дело – дело повиновения, и я делаю это с единственным намереньем, чтобы мне ходить в послушании и исполнять заповедь Божью, на которой я основался и стою прочно, почитая ее за великую вещь не потому, что я достоин [чего-то], но благодаря заповеди”. Так и здесь – то, как и для чего мы молимся, нам следует считать требованием Божьим и совершать из повиновения Ему, и мы должны рассуждать так: “Если бы это исходило от меня [по моей инициативе, потому что я так решил], то это было бы бесполезно и ничего бы не дало, но это должно принести пользу, потому что Бог заповедал так поступать”. Итак, всякий человек, независимо от того, о чем ему следует молиться, должен представать пред Богом, повинуясь данной заповеди.
14. Посему мы умоляем и с великим усердием увещеваем всех принять это близко к сердцу и ни в коем случае не пренебрегать молитвой. Ибо раньше учили во имя дьявола, чтобы никто не придавал значения таким вещам, и люди полагали, будто достаточно представить молитву пред Богом, независимо от того, слышит ее Бог или нет. Но это значит сделать молитву неопределенной, превратить ее в какое-то “бормотание наудачу”, и значит это – потерянная молитва.
15. Ибо мы допускаем такие помыслы, которые ведут нас на погибель и удерживают нас [от молитвы]: “Я недостаточно свят или не совсем достоин”, “Если бы я был таким же благочестивым и святым, как Св.Петр или Св.Павел, тогда я молился бы”. Но отбросьте подобные мысли подальше, потому что Св.Павлу была дана точно такая же заповедь, как и мне. И Вторая Заповедь была дана ради меня так же, как и ради него, чтобы он не мог хвалиться тем, что имеет лучшую или более святую заповедь.
16. Поэтому вы должны говорить так: “Моя молитва столь же драгоценна, свята и угодна Богу, как и молитва Св.Павла или самых известных святых. И причина этого заключается в следующем – хотя я охотно признаю, что он, как личность, является более святым человеком [чем я], однако он не является более святым с точки зрения заповеди [по заповеди]. Ведь Бог принимает молитву не ради человека, но ради Своего Слова и покорности ему. Ибо я основываю свою молитву на той же заповеди, на какой основывают свои молитвы все святые. Более того, я молюсь о том же, о чем молятся и всегда молились все они. Кроме того, я имею такую же огромную нужду в этом, как и те великие святые, да я даже больше нуждаюсь в этом, чем они”.
17. Пусть первым и самым важным тезисом будет то, что все наши молитвы должны основываться на покорности Богу – независимо от нашей личности, будь мы грешниками или святыми, людьми достойными или недостойными.
18. Нам следует знать, что Бог относится к этому весьма серьезно, и тот, кто не молится, вызовет гнев Божий и будет наказан так же наверняка, как Он наказывает непокорность. И, кроме того – что Он не допустит, чтобы наши молитвы оказались тщетными или неуслышанными. Ибо если бы Он не собирался отвечать на ваши молитвы, то Он и не обязывал бы вас молиться, присовокупляя к этому столь суровое обетование.
19. Во-вторых, нас должен еще более побуждать к молитве тот факт, что Бог добавил к этой заповеди также и обетование, провозгласив, что то, о чем мы молимся, будет несомненно исполнено для нас, как Он говорит в Пс.(49:15): “И призови Меня в день скорби; Я избавлю тебя...” И Христос в Евангелии от Матфея (7:7) провозглашает: “Просите, и дано будет вам... ибо всякий просящий получает...”
20. Такие обетования, конечно же, должны ободрять и воспламенять наши сердца, побуждая их молиться с радостью и удовольствием, поскольку Он Сам свидетельствует, что наши молитвы чрезвычайно угодны Ему, более того, что они несомненно будут услышаны и исполнены, (делая это для того) чтобы мы не относились к ним пренебрежительно, не думали о них легкомысленно и не молились “наудачу”.
21. Вы можете опереться на эту заповедь и сказать: “Вот, я пришел к Тебе, дорогой Отец Небесный, и молю не по собственной воле и не на основании того, что я сам достоин чего-то, но по Твоей заповеди и обетованию, которые не могут подвести или обмануть меня”. Всякий же, кто не верует в это обетование, должен знать, что он сам навлекает на себя гнев Божий, будучи человеком, в высшей степени не почитающим Его и упрекающим Его во лжи.
22. И еще нас должно побуждать к молитве то, что, вдобавок к заповеди и обетованию, Бог предвосхищает нас [предвидя наши трудности, заходит вперед] и Сам устанавливает нам слова и форму молитвы, вкладывая нам в уста – как и о чем мы должны молиться, чтобы мы могли видеть, как сердечно Он жалеет нас в нашем бедственном положении, и чтобы мы никогда не сомневались, что такая молитва угодна Ему, и Он непременно ответит на нее.
23. И молитва “Отче наш” действительно имеет огромное преимущество перед всеми остальными молитвами, которые мы составляем сами. Ибо когда мы молимся своими молитвами, совесть наша всегда может усомниться, и мы можем сказать: “Я помолился, но кто знает, насколько это Ему угодно, и в правильной ли форме я все это представил?” Поэтому не существует на земле более благородной и возвышенной молитвы, чем молитва “Отче наш”, которою мы молимся повседневно, потому что мы имеем превосходное свидетельство [доказательство], что Богу нравится слышать ее, а это для нас должно быть превыше всех богатств мира сего.
24. И это было предписано также по той причине, что нам надлежит видеть и считаться со своим бедственным положением, которое должно побуждать нас молиться непрестанно. Ибо молящемуся следует представлять и называть что-то такое, чего он желает, в противном случае это нельзя было бы назвать молитвой.
25. Поэтому мы справедливо отвергли молитвы монахов и священников, которые завывают и бормочут день и ночь, как демоны, но при этом ни во что не ставят молитву. И если бы мы собрали все церкви вместе со всеми духовниками, они вынуждены были бы признать, что никогда не молились от всего сердца. Ибо никто из них никогда не молился из покорности Богу и от веры в Его обетование, равно как никто из них не сетовал на свое бедственное положение [в молитве], но (в самом лучшем случае, стараясь изо всех сил) они лишь хотели совершить доброе дело, которым они могли бы воздать Богу – не желая ничего принимать от Него, но лишь дать что-то Ему.
26. Но истинной молитве надлежит быть искренней и убежденной. Людям следует чувствовать свое жалкое и бедственное состояние, которое должно побуждать их к молитвенному взыванию. Тогда молитва будет произноситься самопроизвольно, как это и должно быть, и люди потребуют, чтобы их научили тому, как подготовиться и совершать молитвы надлежащим образом.
27. Бедственное же состояние, в котором пребываем как мы сами, так и окружающие, и которое должно заботить нас более всего, весьма полно представлено в молитве “Отче наш”. Поэтому она должна служить также и напоминанием нам об этом, чтобы мы размышляли об этом, и чтобы это лежало у нас на сердце, дабы мы не стали в молитве небрежны. Ибо все мы нуждаемся во многом, но величайшая наша нужда состоит в том, что мы не ощущаем и не видим [не понимаем] того, что мы нуждаемся. Кроме того, Бог требует, чтобы вы стенали и умоляли об этих потребностях и нуждах не потому, что Он не знает о них, но чтобы вы могли воспламениться сердцем, возжелав большего, и раскрылись пошире, чтобы принять больше [от Бога].
28. Таким образом, каждый из нас должен приучать себя с юности молиться повседневно обо всех своих нуждах, всякий раз, когда он чувствует что-либо затрагивающее его интересы или же интересы других людей, среди которых он живет – проповедников, правителей, соседей, домашних, и всегда (как мы уже сказали) представлять пред Богом Его заповедь и обетование, зная, что Он не оставит их без внимания.
29. Это я говорю потому, что мне хотелось бы видеть, как все это вернулось к людям [в людские традиции], чтобы они учились молиться искренне, не относясь к этому холодно и с безразличием, изо дня в день делающим их все более непригодными для молитвы. Последнее же является тем, чего как раз и желает дьявол, и к этому он стремится [этим он занимается] изо всех своих сил. Ибо он хорошо знает, какой вред и урон наносит ему молитва, произносимая надлежащим образом.
30. Мы должны знать, что наше прибежище и наша защита основываются только на молитве. Ибо мы слишком немощны, чтобы совладать с дьяволом, со всей его силой и всеми его приверженцами, противостоящими нам, и они могли бы легко сокрушить и втоптать нас ногами в землю. Поэтому нам следует полагаться на те средства, которыми должны быть вооружены христиане, и использовать их для противостояния дьяволу.
31. Ибо чем же еще, вы думаете, были достигнуты столь великие деяния, как воспрепятствование или сокрушение намерений, замыслов, убийств и необузданных деяний наших врагов, которыми дьявол намеревался повергнуть нас вместе с Евангелием, если не молитвой нескольких благочестивых людей, которая защитила нас, как железная стена? Они [враги] могли бы засвидетельствовать о совершенно иной трагедии (ином исходе), а именно – как дьявол уничтожил бы всю Германию, утопив ее в собственной крови. Сейчас они над этим надсмехаются и потешаются, однако мы можем состязаться с дьяволом и с собою только путем молитвы, только если мы усердно пребываем в молитве и не позволяем себе расслабиться.
32. Ибо всякий раз, когда молится благочестивый христианин: “Дорогой Отец Небесный, да будет воля Твоя”, – Бог говорит с небес: “Да, драгоценное чадо, да будет так, вопреки проискам дьявола и мира”.
33. Пусть сказанное будет увещеванием, чтобы люди могли учиться, прежде всего, ценить молитву, как великое и драгоценное сокровище, и правильно отличать бормотание то молитвы о нуждах. Ибо мы ни в коем случае не отвергаем молитву, но пустое, бесполезное бормотание мы отвергаем, как это отвергает Сам Христос, запрещая длинные и многословные моления.
34. Теперь мы кратко и по существу рассмотрим молитву “Отче наш”. Здесь она последовательно разбирается в семи артикулах, или прошениях, каждое из которых никогда не теряет своей актуальности для нас и является столь великим и важным, что должно побуждать нас постоянно молиться всю жизнь.

Первая просьба
35. Да святится имя Твое.
36. Это действительно звучит несколько туманно и не соответствует общепринятым традициям немецкого языка, потому что по-немецки мы обычно выражаем это так: “Отец Небесный, помоги [сделай так], чтобы имя Твое во что бы то ни стало было свято”.
37. Но зачем молить о том, чтобы Его имя было святым? Разве оно уже не является святым? Ответ таков – да, оно уже свято по сути своей, но в нашем употреблении [так, как мы используем его] оно не свято. Ибо когда мы стали христианами и были крещены, имя Божье было дано нам, чтобы мы назывались чадами Божьими и имели Таинства, которыми Он воссоединяет нас с Собой, дабы все, что Божье, могло служить нам на пользу.
38. И поэтому для нас чрезвычайно важно заботиться о том, чтобы Его имя почиталось надлежащим образом, считалось святым и величественным, как самое большое наше сокровище и святыня. И дабы мы, как благочестивые дети, молились о том, чтобы имя Божье, которое уже является святым [само по себе], также было и оставалось святым среди нас, здесь, на земле и во всем мире.
39. Но как оно становится святым среди нас? Ответ прост до невероятности – когда и наше учение и наша жизнь являются благочестивыми и христианскими. Ибо, поскольку в этой молитве мы призываем Бога и Отца, мы обязаны всегда вести себя как благочестивые дети, чтобы Он не был постыжен [нашим поведением], но получал от нас только почет и славу.
40. Сейчас же мы оскверняем имя Божье либо словами, либо делами. (Ибо все, что мы делаем на земле, относится либо к словам, либо к делам – это либо изречения, либо деяния).
41. Поэтому прежде всего оно оскверняется, когда люди проповедуют, учат и говорят во имя Божье то, что является ложью и вводит людей в заблуждение, то есть Его имя используется для приукрашивания лжи и придания ей правдоподобного вида. Это действительно является величайшим осквернением Божьего имени и проявлением к нему непочтительного отношения.
42. Далее, также, когда люди, принося клятвы или же произнося проклятия, заклинания и т.п., грубо злоупотребляют святым именем, используя его, как прикрытие для своего позора.
43. Во-вторых, [осквернение имени Божьего происходит] когда люди открыто ведут аморальный образ жизни и совершают порочные дела, когда те, кто называют себя христианами и людьми Божьими, являются на самом деле прелюбодеями, пьяницами, скрягами, завистниками и клеветниками. В этом случае также имя Божье порочится и оскверняется нами [по нашей вине].
44. Ибо, как в случае, когда земной отец имеет порочного и извращенного сына, который противится ему на словах и на деле, это является позором для отца, потому что из-за своего сына он выслушивает упреки и порицания, точно так же и в случае, когда мы, называя себя Его именем и получая от Него все блага, учим, говорим и живем совсем не так, как это подобает делать благочестивым и небесным чадам, так, что люди говорят о нас, что мы, должно быть, не Божьи чада, а дьявольское отродье, это бесчестит Бога.
45. Итак, вы видите, что в этом прошении мы молим именно о том, чего требует Бог во Второй Заповеди, а именно – чтобы Его имя не использовалось тщетно, для клятвоприношений, проклятий, лжи, обмана и т.д., но использовалось благотворно, во славу и честь Божью. Ибо всякий, кто использует имя Божье для любого злодеяния, позорит и оскверняет это святое имя, как в прежние времена церковь считалась оскверненной, когда в ней выявляли убийцу, или какого-то иного преступника, или же когда осквернялись дароносица или реликвия, при этом все эти вещи оставались священными сами по себе, но переставали быть священными в употреблении [но их использование переставало быть священным].
46. Таким образом, данный постулат прост и ясен, если только правильно понимать использованные слова, то есть что святить – это то же самое, что на нашем языке славить, возвеличивать и почитать как словами, так и делами.
47. Уясните теперь, сколь велика нужда в такой молитве. Ибо мы видим, что мир наполнен сектами и лжеучителями, которые все носят святое имя, как прикрытие и маскировку для своих дьявольских учений. И поэтому мы обязательно должны молиться непрестанно, восклицать, и взывать к Богу, сетуя о тех, кто проповедует ложно и верует ошибочно, а также обо всем, что противостоит нашему Благовестию и препятствует чистому учению, подавляя и подвергая его гонениям, как это делают епископы, тираны, энтузиасты и им подобные. Также [мы должны сетовать] о своем собственном положении, потому что мы имеем Слово Божье, но относимся к нему неблагодарно и не живем так, как нам следовало бы это делать согласно Слову.
48. Итак, если вы молите об этом от всего сердца, то можете быть уверены, что это угодно Богу. Ибо ничто не может быть более драгоценно для Его слуха, чем это прославление и хвала, вознесенные превыше всего, и чем Его Слово, преподаваемое во всей своей чистоте и почитаемое [нами], как величайшее сокровище.

Вторая просьба
Да приидет Царствие Твое.
49. Как мы молились в Первой просьбе о почитании имени Божьего, дабы Он воспрепятствовал тому, чтобы мир использовал Его имя для скрашивания своей лжи и своего беззакония, но [дабы Он] сделал так, чтобы имя Его считалось возвышенным и величественным как в учении, так и в жизни, и Он мог быть прославлен и возвеличен в нас [через нас], точно так же в этом прошении мы молимся о том, чтобы Его Царство могло придти.
50. И как имя Божье свято само по себе, но мы, тем не менее, молим о том, чтобы оно было свято также среди нас, точно так же и Его Царство приходит само по себе, без нашей молитвы, но мы, тем не менее, молим, чтобы оно могло придти к нам, то есть чтобы оно существовало среди нас и с нами – так, чтобы мы могли быть частью тех, среди кого Его имя святится и Его Царствие процветает.
51. Но что такое Царствие Божье? Ответ таков: не что иное, как то, что мы узнали в Апостольском Символе Веры [а именно] – что Бог послал Сына Своего Иисуса Христа, Господа нашего, в мир, чтобы искупить и избавить нас от власти дьявола и привести нас к Себе, и чтобы Он мог править нами, как Царь праведности, жизни и спасения от греха, смерти и порочной совести, для чего Он также даровал нам Своего Святого Духа, Который должен принести все это нам посредством Его святого Слова, а также Своей силой просветить и укрепить нас в вере.
52. Итак, мы молим здесь, прежде всего, о том, чтобы это могло осуществиться среди нас, и чтобы Его имя было так прославлено посредством святого Слова Божия и христианской жизни, что мы, те, кто приняли это [Слово], могли бы пребывать и повседневно возрастать в нем, и при этом – чтобы оно получало одобрение и завоевывало сторонников среди других людей, и могущественно распространялось по всему миру, дабы многие люди могли найти вход в Царство Благодати, стали причастниками искупления, будучи ведомы к нему Святым Духом – для того, чтобы таким образом мы могли все вместе навеки остаться в едином Царстве, которое было утверждено.
53. Ибо Царство Божье приходит к нам двумя путями. Во-первых, здесь и сейчас, через Слово и веру, а во-вторых, в вечности, навсегда, через откровение. Поэтому мы молимся и о том, и о другом, то есть чтобы оно могло приходить к тем, кто еще не в нем, а также, возрастая повседневно, к нам – к тем, кто уже принял его – как здесь, так и впоследствии, в вечной жизни.
54. Все это равнозначно словам: “Дорогой Отец, мы молим Тебя, дай нам прежде всего Слово Твое, дабы Евангелие было проповедано надлежащим образом по всему миру, и, во-вторых, дабы оно принималось в вере, действовало и жило в нас – так, чтобы посредством Слова и силой Святого Духа Царствие Твое могло возобладать среди нас, а царство дьявола было повергнуто, и он не мог иметь ни права на нас, ни власти над нами – до тех пор, пока, в конце концов, он не будет полностью уничтожен, и грех, смерть и ад будут искоренены, чтобы мы могли жить вечно в совершенной праведности и блаженстве”.
55. Отсюда вы понимаете, что мы молим здесь не о корке хлеба и не о преходящих, мирских благах, но о вечном, бесценном сокровище, обо всем, чем обладает Сам Бог, о том, о чем человеческое сердце не смело бы даже думать и мечтать, если бы Бог Сам не заповедал нам молиться об этом.
56. Но так как Он – Бог, то Он претендует также на то, чтобы Ему принадлежала честь Даятеля, и Он желает давать нам намного больше и намного изобильнее, чем любой из нас может принять – как вечный, неиссякаемый фонтан, который дает тем больше, чем больше он изливается, наводняя все окружающее. И Он не желает от нас ничего иного, кроме того, чтобы мы просили у Него больше, и, опять же, Он гневается, если мы не просим и не молимся с твердой уверенностью.
57. Ибо если бы богатый и могущественный император обязал какого-то нищего просить у него всего, чего тот ни пожелает, будучи готов одарить его самым щедрым образом, а тот глупец попросил бы только миску жидкой похлебки, то его по праву посчитали бы бродягой и негодным плутом, надсмехающимся над приказом Его Императорского Величества [т.е. не принимающим этот приказ всерьез], и человеком, недостойным пребывать в присутствии императора. Точно так же великим упреком в адрес Бога и бесчестием Его является ситуация, в которой мы – те, кому Он предлагает и обязуется даровать столь многие бесценные сокровища – пренебрегаем всем этим или не имеем уверенности в том, что получим это, и едва отваживаемся молиться о куске хлеба.
58. Все это является постыдным грехом неверия, заключающимся в том, что люди не уверены даже в способности Бога удовлетворить их потребность в пропитании и, тем более, сомневаются в возможности получения вечных сокровищ Божьих. Таким образом, мы должны укреплять себя против этого, и пусть это будет тем, о чем мы молимся в первую очередь, а затем уж мы, действительно, обретем все остальное в изобилии, как учит Христос [в Мат.(6:33)]: “Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам”. Ибо как мы можем позволить себе страдать от нужды и ограниченности в мирских и преходящих вещах, когда Он дает нам обетование о том, что вечно и непреходяще?

Третья просьба
59. Да будет воля Твоя и на земле, как на небе.
60. До сих пор мы молились о том, чтобы имя Божье почиталось и прославлялось нами, и чтобы Его Царство преобладало среди нас. В эти два артикула включается все, что относится к славе, к доброму имени Божьему и к нашему спасению, чтобы мы обретали своего Бога и все Его богатства. Но теперь возникает еще одна столь же великая нужда, а именно – чтобы мы прочно хранили все это и не позволили отторгнуть нас от всего этого прочь.
61. Ибо как для существования хорошей системы правления необходимо не только чтобы имелись хорошо созидающие и управляющие люди, но также чтобы были те, кто обеспечивают покровительство и защиту, незыблемо поддерживая ее (эту систему), так и здесь – хотя мы уже помолились о своих величайших нуждах, о Евангелии, вере и Святом Духе, чтобы Он мог править нами и искупить нас от власти дьявола, нам следует также молиться и о том, чтобы Его воля исполнилась. Ибо было бы очень странно, если бы, обладая всем этим, мы должны были страдать от многих нападок и ударов, исходящих от всех тех сил, которые пытаются противостоять исполнению двух предшествующих просьб.
62. Невероятно то, сколь отчаянно дьявол сопротивляется и противостоит нам. Он не может выносить, когда кто-то учит или верует правильно. Когда он видит, как его ложь и все его мерзости, когда-то почитаемые, имевшие правдоподобный вид и прикрываемые Божественным именем, разоблачаются и выставляются на всеобщее обозрение, как сам он впадает в немилость и изгоняется из сердец людей, и все его царство разрушается, это ранит его безмерно. Поэтому он бесится и рыщет со всеми своими силами и властями, как свирепый враг, и командует всеми, кто находится в его подчинении, и, кроме того, записывает [стремится заполучить] себе в союзники весь мир и даже нашу собственную плоть.
63. Ибо наша плоть, сама по себе, ленива и склонна ко злу, даже несмотря на то, что мы приняли Слово Божье и уверовали в него. Мир же извращен и порочен. И это дьявол использует против нас, раздувая и разжигая пламя, чтобы воспрепятствовать нам и затянуть нас обратно, заставить нас пасть [согрешить] и вновь подчинить нас себе.
64. Он хочет только этого, об этом все его помыслы, и к этому он стремится день и ночь, не успокаиваясь ни на мгновение, используя все умение, все уловки, все пути и средства, какие он только может изобрести.
65. Таким образом, если мы хотим быть [оставаться] христианами, мы должны обязательно считаться с тем, что дьявол, вместе со всеми своими ангелами и всем миром, являются нашими врагами, и что они принесут нам такие несчастья и бедствия, какие только смогут. Ибо там, где Слово Божье проповедуется и принимается, или вызывает веру и приносит плод, там не может отсутствовать святой крест. И пусть никто не думает, что он будет иметь мир. Напротив, он будет рисковать всем, что имеет на земле – имением, честью, домом и кровом, женой и детьми, телом и жизнью.
66. Это ранит нашу плоть и нашего ветхого Адама, ибо это испытание заключается в том, чтобы перенести все стойко и выстрадать с терпением все нападки, отдав все, чего нас лишают.
67. Следовательно, существует столь же великая нужда [как и во всем, что рассматривалось до сих пор], чтобы мы непрестанно молились: “Дорогой Отец Небесный, да исполнится воля Твоя, а не воля дьявола и наших врагов, равно как не что-то иное, что может препятствовать Твоему Святому Слову, подавлять его или быть помехой Твоему Царству. И даруй нам сил, чтобы мы могли с терпением перенести и преодолеть все, что должно быть испытано ради этого, дабы наша бренная плоть не уступила и не отпала по причине своей немощности или медлительности и лени”.
68. Итак, мы имеем в этих трех просьбах выраженные в простейшей форме вопросы, касающиеся Самого Бога, но все-таки существующие ради нас [все же они касаются так же и нас]. Ибо все, о чем мы молимся, касается только нас, а именно, как мы сказали – чтобы то, что должно быть исполнено в любом случае, без нас, могло также быть использовано для нас. Потому что как Его имя будет прославлено и Царство Его придет без нашей молитвы, так же и воля Его исполнится и свершится, хотя дьявол, со всеми своими приверженцами, неистовствует и бушует против этого, пытаясь полностью искоренить Евангелие. Но ради нас же самих мы должны молиться, чтобы, несмотря на все их бешенство, Его воля была исполнена без помех также и среди нас, чтобы они не могли достичь ничего, и мы оставались непоколебимыми и, вопреки всякому насилию и всяким преследованиям, исполняли волю Божью.
69. Таким образом, эта молитва [просьба] должна быть нашей оградой и защитой сейчас, она должна отражать и повергать все, что дьявол, папа, епископы, тираны и еретики могут соделать против Евангелия. Пусть все они неистовствуют и стараются изо всех своих сил, пусть они обсуждают и решают – как подавить и истребить нас, чтобы их воля и замыслы осуществились. Один-два христианина с единственной этой просьбой [в виде молитвы на устах] оградят нас стеной, о которую они разобьются вдребезги.
70. Мы имеем такое утешение и уверенность в том, что воля и намерения дьявола и всех наших врагов, не исполнятся, но превратятся в прах, какими бы надменными и могущественными они себе ни казались, и как бы безопасно они себя ни чувствовали. Потому что если бы это было не так, то Царство Божье никогда не возобладало бы на земле, и имя Его никогда не прославилось бы.

Четвертая просьба
71. Хлеб наш насущный дай нам на сей день.
72. Здесь мы переходим к рассмотрению вопроса о скудости припасов, о наших плотских нуждах и жизненных потребностях. Здесь это выражено в простой и краткой форме, однако эта фраза охватывает очень многое. Ибо когда вы упоминаете и молитесь о хлебе насущном, вы молитесь обо всем, что вам необходимо, чтобы иметь и пользоваться хлебом насущным, и, с другой стороны, о защите от всего, что препятствует этому. Поэтому вы должны пошире распахнуть не только свои личные закрома, но распространить свои помыслы на дальние поля и на всю землю, которая приносит нам хлеб и всякое пропитание. Ибо если бы Бог не делал так, чтобы все это росло, если бы Он не благословлял и не сохранял это на поле, то мы никогда не смогли бы получить хлеба из печи или поставить на стол хоть что-нибудь.
73. Короче говоря, данное прошение включает все, что относится к нашей жизни в этом мире, потому что только для этого мы нуждаемся в хлебе насущном. Итак, для поддержания нашей жизни мы нуждаемся не только в том, чтобы наше тело имело пропитание и одежду, и чтобы удовлетворялись другие его потребности, но также нам необходимо, чтобы мы проводили наши дни в мире и покое, среди людей, с которыми мы живем и общаемся в повседневных делах, разговорах и всяческих других деяниях, короче говоря, [мы нуждаемся] во всем, что относится как к нашей домашней жизни, так и к отношениям с ближними, другими гражданами и правительством. Ибо там, где эти две вещи ущемляются [прерываются и нарушаются] и не развиваются так, как им следует, не происходит также и удовлетворения жизненных нужд, так что, в конечном счете, и жизнь не может поддерживаться.
74. И действительно, существует огромнейшая нужда молиться за мирские власти и правительство, как за то, посредством чего Бог сберегает для нас хлеб насущный и все утешения этой жизни. Ибо, хотя мы приняли от Бога все блага в изобилии, мы не способны были бы удержать хоть что-то из них или использовать их надежно и успешно, если бы Он постоянно не давал нам миролюбивого правительства. Ибо где существуют разногласия, распри и войны, там люди лишены хлеба насущного или, по меньшей мере, весьма ограничены в нем.
75. Посему было бы очень правильно поместить на герб всех благочестивых князей хлебный каравай вместо льва или победного венка, или же отпечатывать его на монетах, чтобы напоминать как им [князьям], так и их подчиненным, что посредством их служения мы имеем защиту и мир, а также, что без них мы не могли бы вкушать и сохранять свой насущный хлеб. Поэтому они также за свое служение достойны всякого почтения, которое нам следует воздавать им настолько, насколько мы можем, как тем людям, через которых мы в мире и покое пользуемся всем, что нам принадлежит, ибо в противном случае мы не сохранили бы ни фартинга. И, кроме того, мы также должны молиться за них, чтобы через них Бог мог даровать нам больше благословений и благ.
76. Пусть это будет кратким и эскизным наброском-объяснением, показывающим, сколь широко распространяется данная заповедь на все отношения на земле. На самом деле, об этом каждый человек мог бы вознести длинную молитву, многословно перечисляя все, что в это включается, как, например, когда мы молим Бога дать нам пищу и питье, одежду, дом и двор, и физическое здоровье, а также – чтобы Он сделал так, чтобы зерно и плоды на полях хорошо росли и созревали, далее – чтобы Он помогал нам поддерживать наше домашнее хозяйство, чтобы Он дал нам и сохранял для нас благочестивую жену, детей и слуг, чтобы Он давал нам возможность работать, заниматься своим ремеслом или тем, чем мы занимаемся для преуспеяния в жизни, чтобы Он облагодетельствовал нас добрыми соседями [ближними], верными друзьями и т.д.
77. И также – чтобы Он дал императорам, царям и всем сословиям, а особенно – правителям нашей страны и всем советникам, судьям и чиновникам мудрость, силу и успех, чтобы они могли править хорошо и одолеть турок [мусульман], всех врагов; подчиненным и простым людям – покорность, мир и согласие в их жизни [отношениях] друг с другом.
78. И, с другой стороны, чтобы Он охранял нас от всяческих бедствий, которые могут обрушиться на нашу плоть и наши средства к существованию, например такие, как удар молнии, град, пожар, наводнение, отравление, эпидемия, мор, война и мятеж, голод, хищные звери, порочные люди и т.п.
79. Все это надлежит хорошенько объяснять простым людям, а именно – что все блага приходят от Бога, и о получении их мы должны молиться.
80. Но данная просьба особенно направлена также против нашего основного врага – дьявола. Ибо все его помыслы и желания сводятся к тому, чтобы лишить нас всего, что мы имеем от Бога, или воспрепятствовать этому. И он не удовлетворяется лишь тем, чтобы воспрепятствовать и разрушить духовную форму правления [духовный порядок], уводя души на погибель своей ложью и подчиняя их своей власти, но он также препятствует и вредит прочности и стабильности всякого правления, равно как и любым почитаемым и миролюбивым отношениям на земле. Здесь он порождает огромное множество раздоров, убийств, мятежей и войн, а также молний и градов, чтобы уничтожить зерно и скот, чтобы отравить воздух и т.д.
81. Короче говоря, он скорбит о том, что всякий человек имеет кусок хлеба от Бога и ест его в мире. И, если бы это было в его власти, а наша молитва [как средство, занимающее по своей эффективности первое место после Бога] не препятствовала бы ему, он не оставил бы в поле ни колоска, а в доме – ни фартинга, да, он не оставил бы нам жизни ни на час, особенно тем, кто имеет Слово Божье и хочет быть христианами.
82. Бог хочет показать нам – как Он заботится о нас во всех наших нуждах, и верно обеспечивает нас также всем необходимым для существования в этом мире.
83. И, хотя Он обильно дарует все это даже порочным людям и отъявленным негодяям, сохраняя все это для них, все же Он желает, чтобы мы молились об этих вещах, дабы мы могли признать, что получаем их из Его руки, и, таким образом, могли чувствовать Его отеческую благость по отношению к нам. Ибо когда Он убирает Свою руку [лишает Своей поддержки], ничто, в конечном счете, не может быть сохранено, и это мы действительно ежедневно видим и испытываем.
84. Сколько проблем в современном мире возникает в жизни тех, кто безудержно угнетает бедных и лишает их хлеба насущного, например, по причине фальшивых денег или за счет повседневно усиливающегося гнета и всеобщего роста цен в торговле, в производстве, обмене товаров и оплате труда! Конечно же, все это мы должны перенести и терпеливо выстрадать. Но пусть они [те, кто поступают так] поберегутся, как бы не утратить всеобщее ходатайство о себе [ходатайство Церкви], и будут осторожны, чтобы это прошение Молитвы Господней не оказалось направлено против них.

Пятая просьба
85. И прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим.
86. Эта часть относится к нашей жалкой и ничтожной жизни, которая – несмотря на то что мы имеем Слово Божье и веруем в него, что мы повинуемся Его воле и поддерживаемся Его дарами и благословениями – все же далеко не безгрешна. Ибо мы по-прежнему претыкаемся повседневно и согрешаем, живя в мире, среди людей, которые причиняют много вреда нам и дают нам повод для проявления нетерпения, гнева, мести и т.п.
87. Кроме того, за нашей спиной всегда стоит сатана, который подстрекает нас со всех сторон и сражается (как мы уже слышали) против всех предшествующих прошений [молитвы “Отче наш”] – так, что мы не всегда имеем возможность выстоять в этой упорной борьбе.
88. Поэтому здесь также существует огромная нужда в том, чтобы взывать к Богу, молясь: “Дорогой Отец Небесный, прости нам наши прегрешения”. Не то чтобы Он не простит нам наших грехов без нашей молитвы и даже еще до того, как мы молимся (ибо Он дал нам Евангелие, содержащее прощение в чистом виде до того, как мы стали молиться или хотя бы помышлять об этом). Но это для того, чтобы мы могли признать и принять (дарованное) прощение.
89. Поскольку плоть, в которой мы повседневно живем, имеет такую природу, что она не уповает на Бога, не верует в Него и всегда проявляет себя в похотях и порочных затеях – так, что мы грешим ежедневно словами и делами, совершая что-то и уклоняясь от чего-то [что должны совершать], в результате чего совесть повергается в волнения и беспокойства, боится гнева Божия и Его немилости и поэтому теряет утешение и уверенность, получаемую из Евангелия. Поэтому необходимо, чтобы мы постоянно прибегали к этому и получали утешение, для того, дабы вновь и вновь успокаивать свою совесть.
90. И это должно служить исполнению Божьего замысла, то есть – устранению нашей надменности и поддержанию в нас смирения. Ибо на случай, если кто-то возгордится своей благочестивостью и начнет презрительно относиться к окружающим, Бог сохранил эту привилегию за Собой, чтобы человек обращал свой взор на себя и помещал эту молитву пред своими глазами, дабы увидеть, что он ничем не лучше остальных, и что в присутствии Божьем все должны отбросить свою кичливость и радоваться, что могут получить прощение.
91. И пусть никто не думает, будто здесь, в этой жизни, он сможет достичь такого состояния, что не будет более нуждаться в прощении. Короче говоря, если бы Бог не продолжал прощать нас непрестанно, мы погибли бы.
92. Итак, данная просьба существует для того, чтобы Бог не взирал на наши грехи и не воздавал нам то, что мы повседневно заслуживаем, но чтобы Он обходился с нами милостиво и прощал нас, как Он обещал, даруя, таким образом, нашей совести радость и твердость [уверенность], чтобы [мы могли] предстать пред Ним в молитве. Ибо там, где сердце неправильно относится к Богу и не имеет этой уверенности, оно никогда не отважится молиться. Но такая радость и твердость сердца не может произойти ни из чего иного, кроме знания о прощении грехов.
93. Однако здесь присовокупляется еще одна весьма необходимая фраза: “...Как и мы прощаем должникам нашим”. Он обещает, что мы можем быть уверенны в отпущении и прощении всего, но, все же, так [с осознанием того], что мы тоже прощаем ближнего своего.
94. Ибо как мы ежедневно много согрешаем против Бога, и все же Он прощает нам все по благодати Своей, так и мы должны всегда прощать ближнего своего, который наносит нам ущерб, совершает насилие и несправедливость по отношению к нам, злобствует против нас и т.д.
95. Поэтому если вы не прощаете, то не думайте, что Бог прощает вас. Если же вы прощаете, то имеете это утешение и уверение [гарантию того], что вы прощены на Небесах,
96. не ради того, что вы прощаете – ибо Бог прощает просто так, даром и безусловно, исключительно по благодати Своей, потому что Он так обещал, как учит Евангелие, – но для того, чтобы Он мог установить это ради нашего утверждения и нашей уверенности, как знамение, наряду с обетованием, которое соответствует этой молитве из Лук.(6:37): “...Прощайте, и прощены будете...” Поэтому Христос также повторяет это вскоре после молитвы “Отче наш” и говорит в Мат.(6:14): “Ибо если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный...”
97. Данное знамение присовокупляется к этой просьбе [молитвы Отче наш”], чтобы молясь мы помнили обетование и размышляли так: “Дорогой Отец Небесный, я прихожу и молю Тебя простить меня, не для того, чтобы [этим своим поступком] искупить свои грехи или заслужить что-то своими делами, но потому что Ты пообещал и скрепил это обетование Своей печатью, для того, чтобы я был так же уверен [в своем прощении], как если бы оно было провозглашено Тобой”.
98. Ибо как Крещение и Причастие, установленные в качестве внешних знамений, действуют, так и это знамение может действовать и утверждать нашу совесть, побуждая ее радоваться. И это особенно дано для того, чтобы мы могли использовать и применять его ежечасно, как нечто такое, что мы имеем при себе постоянно.

Шестая просьба
99. И не введи нас в искушение.
100. Итак, мы слышали достаточно о том, сколько требуется труда и стараний, чтобы удержать все, о чем мы молимся, и чтобы сохранить это, что достигается, однако отнюдь не без проявлений немощи и претыканий [с нашей стороны]. Кроме того, хотя мы получили прощение, добрую совесть и полностью оправданы, все же жизнь наша такова, что [всякий] человек сегодня стоит, а завтра – может упасть. Поэтому, даже если сейчас мы праведны и стоим пред Богом с доброй совестью, нам следует вновь и вновь молиться о том, чтобы Он не позволил нам опять оступиться, не выдержать испытаний и поддаться на искушения.
101. Искушение же, или (как наши саксонцы в древние времена называли это) Bekцrunge [обольщение], бывает трех типов, а именно – искушение от плоти, искушение от мира и искушение от дьявола.
102. Ибо во плоти мы обитаем и носим на своей шее ветхого Адама, который давит на нас и ежедневно побуждает нас к проявлению распутства, к лени, обжорству и пьянству, к скупости и обману, к мошенничеству и обдиранию ближнего своего – короче говоря, ко всевозможным порочным похотям, которые свойственны нам по природе, и к которым нас подстрекает общество или пример других людей – то, что мы видим и слышим от окружающих, нередко захватывает [ранит] и воспламеняет даже невинное сердце.
103. Далее следует мир, который искушает нас словом и делом, побуждая нас ко гневу и нетерпению. Короче говоря, [в мире] нет ничего, кроме ненависти и зависти, вражды, насилия и несправедливости, неверности, мстительности, проклятия, издевательства, клеветы, надменности и высокомерия, которые сочетаются с напыщенностью, лестью, стремлением к славе и власти, когда никто не желает быть наименьшим, но каждый хочет быть во главе, на виду у всех.
104. Затем следует дьявол, занимающийся подстрекательством и провокациями повсюду, но особенно – в тех областях, которые касаются совести и духовных вопросов, а именно – он побуждает нас к презрительному и пренебрежительному отношению к Слову Божьему и деяниям Его, отрывает от веры, надежды и любви, ведя нас к неверию, лжи, ничем не обоснованной самоуверенности и упрямству или, с другой стороны, к отчаянью, отрицанию Бога, богохульству и бесчисленному множеству других потрясающих пороков. Все это действительно является уловками и сетями, да, настоящими раскаленными стрелами, которые не плоть и кровь, но сам дьявол злобно вонзает в наши сердца.
105. В самом деле, эти опасности и искушения, которые должен сносить каждый христианин, велики и мучительны, даже если они приходят одни, сами по себе – поэтому каждый час, проводимый нами в этой гнусной жизни, в которой мы подвергаемся нападкам, преследованиям и травле со всех сторон, вынуждает нас восклицать и молить Бога не допустить, чтобы мы утомились, ослабли и вновь впали во грех, позор и неверие. Ибо, в противном случае, мы не смогли бы преодолеть даже малейшего искушения.
106. И в этом заключается смысл слов: “Не введи нас в искушение...” – то есть Он дает нам силу противостоять, хотя сами искушения не исчезают и не проходят стороной. Ибо до тех пор, пока мы живем во плоти и имеем над собой дьявола, никто не может избежать искушения и обольщения. И не может быть такого, чтобы мы не переносили тяжких испытаний, да, мы постоянно сталкиваемся с ними, но мы молим о том, чтобы не быть повергнутыми и потопленными в них.
107. Таким образом, испытывать искушение и поддаваться искушению – это совершенно разные вещи. Мы все должны испытывать это, хотя и не все одинаково, а некоторые – в большей мере и сильнее, чем другие. Например, молодые особенно страдают от искушений плоти. Затем, когда они переходят в средний и преклонный возраст – они страдают больше от искушений мира, но другие люди, те, кто занимаются духовными вопросами, то есть сильные христиане, страдают от искушений дьявола.
108. Однако такое ощущение [ощущение искушения само по себе] никому не может повредить, поскольку оно происходит против воли человека, причем последний предпочел бы от него избавиться. Ибо если бы мы не чувствовали этого, то его не следовало бы и называть искушением. Но совсем другое дело – поддаться искушению. Мы поддаемся искушению, когда позволяем ему властвовать над нами и не противимся ему, не молимся об избавлении от него.
109. Итак, мы, христиане, должны быть вооружены и всегда готовы к непрестанной атаке, никому не следует чувствовать себя самоуверенно и беспечно, как если бы дьявол был далеко от нас, но мы постоянно должны ожидать и быть готовыми к отражению его ударов. Ибо хотя сейчас я целомудрен, терпелив, добр и тверд в вере, дьявол может сию же минуту направить такую стрелу в мое сердце, что мне едва ли удастся устоять. Потому что он является таким врагом, который никогда не устает и не прекращает своих поползновений – так, что когда одно искушение прекращается, всегда возникает другое.
110. Соответственно, не существует иной помощи и иного утешения, как прибегнуть к молитве “Отче наш”, ухватиться за нее и, таким образом, обратиться к Богу, молясь от всего сердца: “Дорогой Отец Небесный, Ты обязал меня молиться, дабы мне опять не впасть во грех, поддавшись искушениям”.
111. И затем вы увидите, что искушения должны отступить и, в конце концов, признать себя побежденными. Если же вы отважитесь помогать себе своими собственными помыслами и замыслами, то лишь ухудшите положение и дадите дьяволу больше возможностей. Ибо он имеет змеиную голову, и, просунув ее в малейшую щелочку, он беспрепятственно затаскивает за собою все тело. Однако молитва может помешать ему и изгнать его прочь.

Седьмая, и последняя просьба
112. Но избавь нас от лукавого. Аминь.
113. В греческом тексте Нового Завета эта просьба звучит так: “Избавь и сохрани нас от порочного и злобного существа”, и похоже, что Он говорит здесь о дьяволе, как бы охватывая все в одном – так, что сущность всей молитвы направлена против нашего основного врага. Ибо именно он препятствует осуществлению среди нас всего, о чем мы молимся – прославлению имени Божьего, пришествию Царствия Божьего и осуществлению воли Его, обретению нами хлеба насущного и доброй совести, и т.д.
114. Таким образом, мы в краткой форме резюмируем все это, говоря: “Дорогой Отец Небесный, молю Тебя, помоги нам избавиться от всех этих бедствий”.
115. Однако сюда [помимо перечисленного выше] включается все порочное и злое, что может произойти с нами в царстве дьявола – бедность, позор, смерть, и, короче говоря, всякие страдания и всякая душевная боль, существующие на земле. Ибо, поскольку дьявол не только лжец, но также и убийца, он постоянно стремится завладеть нашей жизнью и извергает свой гнев всякий раз, когда может причинить страдания нашим телам, обрушивая на нас несчастья и нанося ущерб. Поэтому нередко случается, что он сворачивает людям шеи или втягивает их в безумие, некоторых топит и многих подстрекает к самоубийствам или другим ужасным преступлениям.
116. Таким образом, нам ничего не остается делать на земле, как непрестанно молиться против [об избавлении от] этого главного врага. Ибо, если бы Бог не поддерживал нас, мы не могли бы быть в безопасности от него даже на час.
117. Итак, вы вновь видите, как Бог желает того, чтобы мы молились Ему также и обо всем, что касается наших физических интересов, чтобы мы искали и ожидали помощи только от Него и ни от кого более.
118. Однако это [эту просьбу] Он оставил напоследок. Ибо если мы должны быть сохранены и избавлены от всякого зла, то сначала имя Божье должно быть прославлено в нас, Его Царство должно быть с нами, и Его воля должна совершиться. После этого Он, наконец, сохранит нас от греха, позора и, кроме того, от всего, что может ранить нас или причинить нам вред.
119. Таким образом, Бог в краткой форме продемонстрировал нам все бедствия, какие могут выпасть на нашу долю, чтобы у нас не оставалось никаких оправданий и отговорок, позволяющих нам уклониться от молитвы. Но все зависит от того, чтобы мы учились также говорить: “Аминь”, то есть чтобы мы не сомневались, что наша молитва услышана, и что все [о чем мы молились] будет исполнено.
120. Ибо это не что иное, как слово непоколебимой веры, уверенности в том, что мы молимся не “наудачу”, но знаем, что Бог не обманывает нас, поскольку Он пообещал исполнить [наши прошения]. Поэтому там, где нет такой веры, не может быть и истинной молитвы.
121. И глубоко заблуждается тот, кто молится, не смея при этом от всего сердца сказать, что Бог слышит его, тот, кто пребывает в сомнениях, и говоря: “Как я могу осмелиться утверждать, что Бог слышит мою молитву? Ведь я бедный, несчастный грешник...” – и заблуждение это весьма пагубно.
122. Причина этого заключается в том, что он взирает не на обетование Божье, а лишь на собственные деяния и собственную достойность, чем показывает свое пренебрежительное отношение к Богу и, фактически, упрекает Его во лжи.
123. Поэтому он ничего не получает. Как говорит Св. Иаков [1:6]: “Но да просит с верою, нимало не сомневаясь, потому что сомневающийся подобен морской волне, ветром поднимаемой и развеваемой. Да не думает такой человек получить что-нибудь от Господа”. Вот какое значение придает Бог тому, чтобы мы были уверены, что не молимся тщетно, и чтобы мы ни в коем случае не пренебрегали молитвой.

Случайное фото

Занятие 12.11.16 г.

Занятие 12.11.16 г.

Смотреть альбом

Отзывы

Дополнительная информация для Сергея из С.-Петербурга, задавшего вопрос об апостольской преемственности: http://kirkko.ru/6967328817/4225859647/

12.05.2016
Ольга
Петрозаводск

Все отзывы

Поиск
Контакты

Местная религиозная организация Евангелическо-лютеранский приход Святого Духа г. Петрозаводска.
Приход принадлежит к Евангелическо-лютеранской Церкви Ингрии

  • 185035, Петрозаводск, наб. Древлянская, 25
  • +7-911-405-11-31 / +7-953-535-81-54
  • sola-gratia@yandex.ru